Вступительное слово

Принятое в конце 2015 года Парижское соглашение запустило движение к Net Zero — достижению углеродной ней тральности и ограничению глобального потепления. Эта повестка многовекторная и обрамляет все аспекты социальноэкономического уклада человечества. С течением времени данная тенденция будет все более требовательной, касается это обычной деятельности, восстановления или развития. Net Zero — капиталоемкий процесс. По разным оценкам, он потребует от $120 трлн до $275 трлн накопленных инвестиций до конца 2050 года, из которых от $26 трлн до $58 трлн придется на финансирование через долговые рынки капитала. С другой стороны, распределение финансовых потоков смещено в сторону Азии, где зависимость от ископаемых источников энергии выражена в большей степени, чем в развитых странах.

Россия занимает уникальное положение, находясь на стыке Западного и Восточного миров. Экономика нашей страны также тесно связана с углеводородами, а значит, переток капитала для финансирования энергетической трансформации будет критически необходим для России в ближайшие 30–40 лет. Сейчас мы можем наблюдать признаки усиления интеграции с Азиатским регионом, и это несет в себе колоссальные возможности.

Рынок рублевых облигаций: основные показатели 2021 года

В качестве основных тенденций на первичном рынке корпоративного долга в 2021 года можно выделить:

• высокую активность эмитентов банковского сектора, лизинговых компаний и компаний жилищного строительства;

• снижение ставок и увеличение первоначальных объемов размещения выпусков в ходе book-building на фоне дефицита качественных предложений, особенно во второй половине года;

• расширение спрэдов при первичных размещениях к собственным вторичным кривым эмитентов на фоне их компрессии к кривой ОФЗ из-за отставания роста доходности на вторичном рынке корпоративных облигаций по сравнению с доходностью ОФЗ в первой половине прошлого года и противоположенные тенденции во второй половине года на фоне опережающего роста доходности корпоративных облигаций относительно ставок ОФЗ;

• рост активности компаний-дебютантов (ТФН, «Боржоми Финанс», «Селектел», «Аэрофьюэлз», Продовольственная контрактная корпорация, «М Видео», МТС-Банк, «Синара ТМ», «реСтор», «Мэйл. ру Финанс», «ТАМИ и Ко», СОПФ «Инфраструктурные облигации», Росгеология);

• сохранение тенденции к сокращению дюрации размещаемых выпусков, начавшейся во второй половине прошлого года;

• сохранение интереса к рублевому рынку у иностранных эмитентов; новые выпуски разместили: «Ритейл Бел Финанс» (SPV белорусской группы компаний «Евроторг» / Eurotorg Holding PLC), планируют: «КФК Финанс», «Алтын Голд Финанс» (Республика Казахстан);

• рост популярности ESG-выпусков: г. Москва (выпуск на 70(!) млрд руб.), Атомэнергопром, Сбербанк, КАМАЗ, МТС (социальные), «Синара ТМ»; в 2021 году на рублевом облигационном рынке обращалось 17 выпусков зеленых и 3 выпуска социальных облигаций

ESG в третьем эшелоне

Три фактора могут стать двигателями развития ESG-облигаций в третьем эшелоне: • Поддержка государства, в частности субсидии на обслуживание купонных выплат и компенсацию затрат на получение ESG-рейтинга. Благодаря этому эмитент сможет предложить более или менее рыночные условия инвесторам, чтобы привлечь их в выпуск. Тем более что экология — это полностью государственная сфера интересов. • Простота получения статуса «зеленых» облигаций. Пока что эти требования не очень прозрачны и понятны широкому кругу организаторов и эмитентов. В любом случае административные барьеры всегда отбивают желание бизнеса ввязываться в какие-то новые проекты и авантюры. • Развитие экологической сознательности в обществе и инвестиционном сообществе.

Зеленые и социальные облигации — опыт международных и локальных эмиссий

Нынешнее состояние международных отношений вряд ли позволит российским эмитентам быстро вернуться на европейские облигационные рынки. В этих условиях можно ожидать роста объемов и разнообразия внутренних облигационных выпусков. При этом отечественные эмитенты и организаторы наверняка захотят попробовать выстроить отношения с новыми инвесторами в Азии и на Ближнем Востоке и предложить им облигационный продукт, близкий по структуре и качеству раскрытия информации к еврооблигациям, но при этом выраженный в местных валютах или в рублях и, возможно, в большей степени полагающийся на отечественную инфраструктуру. В России уже был успешный опыт структурирования суверенных еврооблигаций Минфина РФ с использованием инфраструктуры НРД. В данном русле еще до 2022 года начались разработки возможной структуры выпуска «прямых» международных корпоративных облигаций крупными российскими эмитентами, где можно было бы избавиться от иностранной компании эмитента-SPV и некоторых сервис-провайдеров, участие которых может быть заблокировано санкциями.

Переходные облигации — ключевой инструмент российской трансформации

Начиная с 2019 года мы наблюдаем, как в мире возрастает интерес инвесторов к тому, чтобы содейство­вать переходу к Net Zero economy (чистой углеродной экономике), что неминуемо начнет отражаться на структуре рынка долгового финансирования. В 2021 году рынок переходных облигаций вырос на 33% и достиг $10 млрд, однако потенциал таких инструментов оценивается как высокий. Многие страны, в том числе Китай, делают ставку именно на переходные, а не на зеленые облигации, ввиду ограниченности чистых отраслей и проектов

Оценка экологического фактора в спреде доходности на российском фондовом рынке

В работе проверяется наличие премии за экологический риск на российском фондовом рынке на примере акций и облигаций. Для российских акций конструируется зеленый фактор — доходность портфеля, собранного исходя из экологических характеристик компаний (на основании базы данных MSCI). Кумулятивная доходность зеленого фактора за почти десятилетний период отрицательная, то есть акции менее экологичных компаний показали большую реализованную доходность. На российском рынке фиксированного дохода в течение стабильного периода находятся доказательства того, что наличие у облигации зеленого признака уменьшает ее ожидаемую доходность при прочих равных условиях

Гринвошинг: факторы возникновения и инструменты борьбы

В рамках предоставления отчетности по факторам ESG компании могут раскрывать значительные объемы информации — тем не менее, она не всегда оказывается достоверной. Гринвошинг (greenwashing) представляет собой распространение организацией ложных сведений для создания имиджа экологически ответственного бизнеса в целях ввести потребителя в заблуждение относительно целей организации или производителя в экологичности продукции или услуги