Консенсус-прогноз
Мусорный ветер
Ведущие российские экономисты рассуждают о том, станет ли переход России в неинвестиционную категорию таким уж судьбоносным, чем в долгосрочном плане может обернуться для России история с «мусорным рейтингом», какие именно последствия решения S&P и Moody’s предстоит расхлебывать российским заемщикам и велика ли вероятность возвращения инвестиционного рейтинга на Родину.
Мнение
Николай Кащеев, Промсвязьбанк
Пять трендов, которые нас ждут
Однажды раздастся звонок, мир откроет дверь — и мы предстанем на пороге, потрепанные, небритые, в наспех чиненной одежде, пропахшей, по обыкновению, дымом степных костров (или пожаров?), с рукой на перевязи. «Ну, вернулись?» — спросит мир. «Ага!» — скажем мы, шмыгая носом, и посмотрим со странной многим смесью неуемной гордыни и плутовства из-под пыльного, частью оторванного козырька. «Ну, ладно, — скажет мир, подумав, что, однако, не впервой. — Добро пожаловать домой. Побриться, освежиться? Обговорим все остальное потом». Я надеюсь на скорое возвращение и по возможности без повязки на руке. Но это уж как бог даст… Было по-всякому.
Интервью
Денис Кучкин, Денис Зибарев, Игорь Лаухин, основатели Septem Capital
«Challenge для нас — воплотить в жизнь идею о том, чтобы на российском рынке облигаций появился новый класс инвесторов – частных лиц»
Основатели fintech-стартапа — инвестиционной компании Septem Capital — еще недавно трудились наемными менеджерами в российских банках. Сегодня Денис Кучкин, Денис Зибарев и Игорь Лаухин сидят в офисе с окнами на небоскреб – штаб-квартиру «Газпрома» в Москве и рассказывают про свою мечту — построить успешную ритейл-компанию по продаже частным инвесторам – физическим лицам хорошо знакомого всем троим стартаперам продукта — облигаций. В интервью Cbonds Review они рассказали о том, почему начинать финансовый бизнес в текущий кризис — это скорее конкурентное преимущество, как проблемы крупнейших банков приближают их к реализации мечты и чего не хватает рынку, чтобы идея о появлении совершенно нового, многочисленного класса инвесторов в российские облигации наконец заработала.
Тема номера
Дмитрий Дудкин, «УРАЛСИБ Кэпитал»
Высокая инфляция лишает страну экономических перспектив
Падение российского рубля составило в 2014 году 43%, инфляция достигла 11,4%, цена на нефть снизилась наполовину, против РФ были введены санкции, рост ВВП замедлился до 0,6%. События прошлого года были поистине головокружительными, однако они лишь подчеркнули проблемы, стоявшие перед экономикой России уже много лет. Один из главных провалов российской экономической политики заключается в том, что за большой период времени, включающий в том числе и «тучные» 2000-е гг., денежные власти не смогли убедить россиян сберегать средства в национальной валюте.
Тема номера
Антон Струченевский, Sberbank CIB
Россия между Сциллой и Харибдой
Главное достижение 2014 г. — экономический рост, несмотря на все перипетии. Рост был обусловлен процессами импортозамещения, которые стимулировали оживление в обрабатывающей отрасли. Ожидания на 2015 г. достаточно негативны. Тем не менее, чистый экспорт будет увеличиваться двузначными темпами. Это компенсирует (хотя бы отчасти) вероятное снижение внутреннего потребительского и инвестиционного спроса. Главная задача —предоставить финансовому сектору дешевую ликвидность, не жертвуя стабильностью обменного курса. При всей сложности это вполне реализуемый сценарий.
Тема номера
Дмитрий Шагардин, «КИТ Финанс Брокер»
Не так страшен долг, как его малюют
Введение во второй половине 2014 г. санкций со стороны Запада против крупнейших российских корпораций в ответ на обострение украинского конфликта напомнило всем об одной болевой точке нашей экономики. Речь идет о внешнем долге. Санкции привели к фактическому закрытию рынков дешевого западного фондирования, что вкупе с падением цен на нефть и несвоевременными действиями ЦБ в ответ на разрастающиеся панические настроения на валютном рынке фактически стало причиной крупномасштабного кризиса.
Тема номера
Данил Липовой, ЗАО «Сбербанк Технологии»
Цены на нефть: спекулянты будут наказаны
Уинстон Черчилль говорил: политик должен уметь предсказать, что может произойти через год. А потом объяснить, почему этого не произошло. Задача аналитика немного сложнее: он должен не просто предсказать, но и заранее показать, какие параметры являются наиболее значимыми для построенной модели, чтобы читатель сам понял, почему прогноз не сбудется в той точности, которую хочется.