От редакции
Антонина Тер-Аствацатурова, главный редактор Cbonds Review
Radical uncertainty
Апрельские события совершенно отчетливо дали понять всем участникам рынка и просто сочувствующим, насколько велика сегодня роль неопределенности и какова может быть ее цена. Если январский кремлевский список вызвал разве что зевоту, то апрельские санкции уже назвали едва ли не самым сильным ударом по российской экономике за все время противостояния с Западом. Рубль сходил за 64, российский рынок акций обвалился, а российский рынок евробондов закрылся — на неопределенный срок. И это именно то, к чему, увы, не подготовишься.
Мнение
Николай Кащеев, Промсвязьбанк
Мягкий сценарий
Почти все согласны с тем, что история ничему не учит. Наверное, потому, что из истории с относительной легкостью можно приготовить рагу, приятное и для заказчика, и для кулинара. По-настоящему же полезные уроки истории, напротив, далеко не всегда приятны, так зачем портить себе настроение и подвергать сомнению эпохальные замыслы? Ну, да это все про дела прошлого... Что интересно, некоторые уроки преподаются нам прямо сейчас, сегодня и в пределах транспортной доступности. И что же? Мы на них чему-то учимся? Вот, судите сами.
Top view
Интервью с Денисом Шулаковым, первым вице-президентом, главой блока рынков капитала Газпромбанка
«Мы — российский банк и должны развивать российский рынок»
Главный редактор Cbonds Review встретился с первым вице-президентом главой блока рынков капитала Газпромбанка Денисом Шулаковым и поговорил с ним о том, чего добился российский финансовый рынок за последнее десятилетие, есть ли перспективы у облигаций ГЧП для населения, почему российскому банку «стратегически» не стоит тратить усилия на конкуренцию с иностранными банками в долларовых евробондовых сделках и что до сих пор мешает Минфину разместить облигации в юанях на Московской бирже.
Инвестиционные банки
Интервью с Андреем Соловьевым, руководителем управления рынков долгового капитала «ВТБ Капитал»
«Россия – тот рынок, где мы не можем проиграть»
Cbonds Review поговорил с руководителем управления рынков долгового капитала «ВТБ Капитала» о том, насколько радикально поменяется пул международных инвесторов в российские евробонды под влиянием последних санкций, почему российские инвесторы все реже идут в российские выпуски, какие структуры сделок пользуются наибольшим спросом и почему не работают попытки эмитентов продать амортизационные структуры выпусков, а также о том, как и за счет каких рынков «ВТБ Капитал» намерен компенсировать потенциальные потери из-за давления на международный бизнес, связанный с размещением российских эмитентов.
Тема номера
Яков Яковлев, «АТОН»
Россия в «высшей лиге»: разделяет ли рынок мнение рейтинговых агентств?
В феврале Россия после трехлетнего перерыва вернулась в группу стран с инвестиционным уровнем кредитного рейтинга: S&P повысил свою оценку рейтинга до ВВВ-, после чего средний рейтинг страны стал инвестиционным. Агентство мотивировало свое решение консервативной макроэкономической политикой и повышением устойчивости российской экономики к возможному снижению нефтяных котировок и потенциальному ужесточению санкций. Основной вопрос в том, солидарен ли рынок с рейтинговыми агентствами в оценке перспектив России.
Инфраструктура рынка
Интервью с Еленой Чайковской, лидером проекта «Маркетплейс» Банка России
«Мы прорабатываем архитектуру прямой дистрибуции облигаций эмитентами через маркетплейс»
Cbonds Review поговорил с руководителем проекта "Маркетплейс" Банка России Еленой Чайковской о том, что в перспективе может дать проект маркетплейса, разрабатываемый ЦБ, всем участникам облигационного рынка — банкам, эмитентам и инвесторам, когда облигации появятся в витрине «платформы» и какие именно бумаги частные лица вероятнее всего смогут купить через маркетплейс.
Уроки истории
Сергей Пахомов, д.э.н.
Долговое наследие Российской Империи и его современные последствия. Часть II
Советская «Декларация о признании долгов», которая сделала возможным созыв Генуэзской конференции, с точки зрения Ленина вовсе не означала, что эти долги надо платить. Вождь поставил задачу перед советскими «революционными дипломатами» добиться в ходе конференции совсем иных целей.