Читайте в номере

ОПЫТ И ПОНИМАНИЕ
Почти 10 лет назад — осенью 2010 года — бывший тогда главой Федеральной резервной системы (ФРС) США Бен Бернанке провозгласил наступление эпохи «необычайной неопределенности», или unusual uncertainty, как он тогда выразился. С позиций сегодняшнего дня та самая бернанковская «необычайная неопределенность » выглядит какой-то уж совсем несерьезной, в чем-то даже «ламповой». Так это обычно и происходит: окружающая действительность, пугающая и давящая здесь и сейчас, рано или поздно превращается в «старые добрые времена». Между тем «необычайная неопределенность» по-прежнему с нами и, более того, берет все новые вершины по уровню «необычайности».
...

Долговые рынки: из медвежьей хватки на дикое родео

Паевой инвестиционный фонд как семейный и наследственный траст

Паевые инвестиционные фонды — хорошо известный финансовый инструмент. Однако то, что они могут использоваться в качестве российского аналога семейных и наследственных трастов, а также в качестве альтернативы другим механизмам наследования, уже не так очевидно. В каких случаях над этим стоило бы задуматься и насколько это сложно осуществить на практике?

Коммерческая недвижимость как актив, гарантирующий пассивный доход: аргументы «за»

На протяжении более чем двух десятков лет, с момента появления рынка, коммерческая недвижимость в российских мегаполисах априори была доходным и ликвидным активом. Предложение не поспевало за спросом, что нивелировало любые просчеты девелоперов и недостатки проектов. Эта тенденция начала меняться несколько лет назад, когда рынок недвижимости в крупных российских городах (включая Петербург, в котором мы работаем) приблизился к точке насыщения в рамках прежней потребительской парадигмы. Текущие события и социально-экономические изменения поставили инвесторов перед необходимостью пересмотреть свои подходы к вложениям в коммерческие объекты.

Рынок ОФЗ: основные факторы падения и роста

Рынок ОФЗ продемонстрировал относительно высокую устойчивость в ходе кризисной встряски весны 2020 года и способность быстрого восстановления. Ситуацию на государственном долговом рынке определяли внешние негативные новости, связанные с быстрым распространением коронавируса, паническими настроениями на мировых рынках и разрывом сделки ОПЕК+, которая обрушила цены на нефть и усилила давление на рубль. В конце второй декады марта рынок достиг максимальных уровней доходности, однако уже к концу апреля «отыграл» большую часть падения. Уже в начале мая рынок ОФЗ вернулся на уровень минимальных доходностей, который был зафиксирован в середине февраля.

Индекс финансового стресса ACRA FSI: сходства и различия текущей ситуации с прошлыми кризисами

Началу самых масштабных кризисов XXI века — как финансовых, так и экономических — предшествовали или проблемы на финансовых рынках (глобальный финансовый кризис), или другие структурные проблемы в экономике (европейский долговой кризис). В этом отношении кризис 2020 года, вызванный пандемией коронавирусной инфекции COVID-19, можно назвать беспрецедентным. В то же время влияние текущей ситуации на мировой финансовый рынок частично схоже с тем, которое мы наблюдали в 2007–2009 годах.

COVID-19: непреодолимая сила или триггер для дефолта

Такое непредвиденное событие, как эпидемия коронавируса, ставит вопрос: кто в итоге примет на себя его последствия? Предприниматели, финансовые организации, вкладчики, которые профинансировали такие организации, или все общество? Последствия в любом случае не могут быть распределены равномерно, кто-то пострадает больше, кто-то меньше. Распределению негативных последствий среди всего общества способствуют вводимые органами государственной власти меры (программы выкупа активов, снижение социальных взносов, отсрочки по уплате налогов). Однако распределение рисков и последствий их реализации между бизнесом, финансовыми организациями и их вкладчиками в значительной степени определяется гражданским правом.