Возможен ли экономический цикл без кризиса или это иллюзия?

Мировая экономика подвержена цикличности. По классике жанра есть несколько фаз цикла и для нового подъема нужен предшествующий спад, происходящий в том числе под влиянием сокращения излишних неэффективных мощностей, созданных на фазе гипероптимизма. Монетарные власти научились смягчать действия «простых кризисов», но из-за этого в экономике остается все больше и больше неэффективных игроков, которых более жесткие условия вытеснили бы с рынка.

Звериный инстинкт в ловушке ликвидности

В конце 2019 года S&P 500 штурмовал новые исторические высоты. Тогда это была величина слегка выше 3000 пунктов. Вместе с главным фондовым индексом мира карабкался к вершинам и индекс потребительской уверенности США (по версии Conference Board) — массовых настроений главных потребителей мира. Тогда это было значение свыше 130 пунктов; обе линии росли почти параллельно с 2010 года. С этого времени S&P 500 вырос еще, но потребительская уверенность в США закрепилась возле значения 131 пункт. Есть между двумя индексами и такое различие: если S&P 500 находится на самом высоком в своей истории уровне, то индекс уверенности потребителей не смог преодолеть рекордную величину около 145 пунктов, достигнутую в начале века перед кризисом доткомов. Не хватило animal feeling: рекордные темпы роста фондового рынка, с которым отлично коррелировали в своем оптимизме американские потребители, не смогли придать их настроениям решающего импульса в самый последний момент. Что случилось? Что-то почувствовали?

Еврооблигации Еmerging Мarkets: общая ситуация и точечные истории

В 2019 году Федеральная резервная система США трижды снижала учетную ставку: границы целевого диапазона изменились с 2.25–2.5% до 1.5–1.75%. Доходность 10-летних казначейских облигаций США снизилась за год на 75 б.п. — с 2.75% до 2%. Одновременно на рынке уже обращается на $14 трлн бондов с отрицательной доходностью. Эти условия вызвали ралли на рынке облигаций Еmerging Мarkets (EM). На фоне снижения ставок многие эмитенты воспользовались моментом и разместили новые бумаги.

Рынки Центральной и Восточной Европы: In Bloom

В начале января сбылась мечта всей моей жизни: я побывал на концерте Nirvana. Но мечты всегда должны оставаться не сбывшимися до конца: Курт Кобейн по понятным причинам в перформансе участия не принял. Однако эмоций, сравнимых с присутствием при живом исполнении песни In Bloom («В расцвете») теми самыми парнями из клипа — победителя MTV Video Music Awards 1993 года, я не испытывал, наверное, с тех самых пор, когда записывал его на VHS кассету поверх второго «Робокопа». Аналогичные, хоть вряд ли столь же яркие, эмоции сейчас могут ежедневно ощущать участники рынка евробондов Центральной и Восточный Европы (ЦВЕ), который в рекордно теплом январе 2020 года расцвел буйным цветом, не дожидаясь весны...

Инфографика: Рынок коммерческих кредитов субъектам и МО РФ

«Зеленые» облигации в коммерческой недвижимости: опыт ФПК «Гарант-Инвест»

Инструменты «зеленого» финансирования, в том числе и в недвижимости, активно завоевывают популярность за границей. Согласно отчету Climate Bonds Initiative, только в 3-м квартале 2019 года «зеленые» облигации выпустили 139 эмитентов из 32 стран мира. Из них более трети выпущенных облигаций (34%) пришлось на недвижимость. По сравнению с 3-м кварталом 2018 года доля выпуска «зеленых» облигаций в недвижимости выросла на 6%. В России также есть опыт выпуска «зеленых» облигаций для финансирования проектов в недвижимости. Первым эмитентом такого инструмента в прошлом году выступило АО «Коммерческая недвижимость ФПК «Гарант-Инвест».

Николай II: крестный путь от «золотого рубля» к национальной катастрофе (4)

СТАТЬЯ 4. ВОЙНА С ЯПОНИЕЙ, РЕВОЛЮЦИЯ, БАНКРОТСТВО И СПАСЕНИЕ «ЗОЛОТОГО РУБЛЯ». Император Николай II слабо разбирался в военных вопросах и поэтому был весьма воинственным. Еще в качестве наследника престола он был назначен Александром III «куратором» всей дальневосточной политики России и посетил Японию с визитом, в ходе которого помешанный на ненависти к иностранцам полицейский Судо Цандзо на улице города Оцу нанес ему два удара самурайским мечом по голове. К счастью, наследник русского престола серьезно не пострадал, но кроме ссадин этот инцидент оставил у будущего российского императора стойкую неприязнь к Японии и японцам, которых он иначе как «макаками» больше не называл.