Год после санкций

Летом 2014 года российская экономика испытала мощнейший удар. Небезызвестные геополитические события и последовавшие за ними санкции спровоцировали обвал национальной валюты, падение макроэкономических показателей и привели к всплеску доходностей долговых инструментов. Ровно через год после этих событий аналитики и участники рынка пытаются понять, насколько российская экономика адаптировалась к новой реальности и можно ли говорить о достижении крайней точки падения, после прохождения которой появится надежда на восстановление.

«Мы посвящаем всю жизнь этому городу»

Константин Баландин, заместитель председателя правления банка «Санкт-Петербург», рассказывает в интервью Cbonds Review о том, почему в работе банка важно уделять особое внимание сектору IT, какие есть ожидания по росту кредитного портфеля в этом году, почему банк не торопится выходить на рынок публичных заимствований, что нужно рынку облигаций сегодня и какие перспективы работы рассматривает банк на Востоке.

Центростремительный денежный рынок

За последние два года РЕПО с центральным контрагентом (ЦК) стало ключевым сегментом российского денежного рынка, принципиально поменяв подход к операциям на нем и обогатив участников рынка новыми инструментами и возможностями. Важно, что в этот раз инфраструктурные изменения оказались как нельзя кстати, смягчив негативный эффект от ухудшения рыночной ситуации. Несмотря на успех первых двух лет существования и реализованные многочисленные новации, РЕПО с ЦК не остановился в своем развитии. Можно сказать, что все еще только начинается.

Мал золотник, да дорог

Новейшая история вексельного рынка насчитывает немногим более 15 лет. Именно тогда, на заре 2000-х, вексельный рынок окончательно покинули крупные естественные монополии, а их место начали стремительно занимать кредитные организации. Именно тогда вексель начал трансформироваться из неких «квазиденег» в инструмент инвестирования реальных средств и вместо функции «налоговой оптимизации» приобрел черты удобного механизма перераспределения денежной ликвидности.

«Внебиржевые деривативы предназначены для управления валютными, товарными или процентными рисками»

С начала 2000-х годов товарные и валютные рынки постоянно привлекают внимание широкой общественности, особенно у нас в России. Взрывной рост или, наоборот, рекордное снижение цен на нефть, продукцию сельского хозяйства и драгоценные металлы широко освещаются в прессе. Инвестиции в инструменты товарных рынков становятся предметом рекомендаций банковских аналитиков, а курсы валют и цены на нефть — темой вечерних разговоров «на кухне». Это не удивительно: благосостояние всех россиян так или иначе зависит от мировых цен на сырье.

Formosa bonds — следующие Dim Sum?

Текущий год оказался годом стремительного взлета тайваньского рынка облигаций, номинированных в юанях, так называемых формоза-облигаций, — только за первые 7 месяцев было выпущено облигаций на 25.7 млрд юаней (43 бумаги), при этом за весь 2014 год — только 20.8 млрд юаней и 31 бумага. Нормативная дерегуляция способствовала тому, что на этот рынок стекались эмитенты со всего мира, чтобы воспользоваться большим интересом инвесторов к данному классу активов. Рынок формоза-бондс стал уже вторым после Гонконга рынком облигаций в офшорных юанях. Однако есть ли у него перспективы стать лидером?

Полет над Россией