Год после санкций

Летом 2014 года российская экономика испытала мощнейший удар. Небезызвестные геополитические события и последовавшие за ними санкции спровоцировали обвал национальной валюты, падение макроэкономических показателей и привели к всплеску доходностей долговых инструментов. Ровно через год после этих событий аналитики и участники рынка пытаются понять, насколько российская экономика адаптировалась к новой реальности и можно ли говорить о достижении крайней точки падения, после прохождения которой появится надежда на восстановление.

Трудно быть долгом

Сокращение рынка синдикаций СНГ стало очевидным результатом ограничения финансиро- вания российских компаний. Однако крупные финансовые институты Азии и Европы по- прежнему заинтересованы в рефинансировании по возросшим ставкам лидеров российского реального сектора. Казахстан и Украина привлекли проектное финансирование в сегменте зарубежного синдицированного кредитования, а белорусские банки получили средства от инвесторов из России.

Иранские санкции: все только начинается

В журнале The Economist из более чем 120 страниц текста самой экономике посвящены от силы семь. Еще столько же — финансам и прочим статьям, каким- либо образом связанным с макроэкономическими трендами или околонаучной дискуссией. Остальные, за вычетом рекламы и статистики, отведены под политику. Оправданна ли такая пропорция или нет, неясно. Однако не оставляет сомнений, что в западной традиции экономическая дискуссия неотделима от политических выкладок. Эта статья представляет мое видение ситуации с предстоящим снятием санкций с Ирана и возможным эффектом, который оно окажет на нефтяной рынок.

Центростремительный денежный рынок

За последние два года РЕПО с центральным контрагентом (ЦК) стало ключевым сегментом российского денежного рынка, принципиально поменяв подход к операциям на нем и обогатив участников рынка новыми инструментами и возможностями. Важно, что в этот раз инфраструктурные изменения оказались как нельзя кстати, смягчив негативный эффект от ухудшения рыночной ситуации. Несмотря на успех первых двух лет существования и реализованные многочисленные новации, РЕПО с ЦК не остановился в своем развитии. Можно сказать, что все еще только начинается.

Валютная ликвидность становится вновь дефицитной

Восстановление цен на нефть, предоставление ЦБ РФ дешевой валютной ликвидности и регулярная продажа выручки экспортерами в начале года сформировали большой запас валютной ликвидности в банковской системе. Избыток валютной ликвидности обусловил ралли на рынке российских евробондов и был одним из основных факторов сильного укрепления рубля (с 58 руб. до 47 руб. за доллар). Ситуация начала меняться во втором квартале, когда ЦБ ужесточил условия валютного рефинансирования (повышение его стоимости и урезание лимитов), а затем начал покупать валюту на открытом рынке. По нашим оценкам, с середины апреля до конца июня это привело к оттоку валютной ликвидности из системы в размере $8.7 млрд. На основании банковской статистики мы оценили остающийся запас валютной ликвидности, после исчерпания которого произойдет повышение стоимости валюты на междилерском рынке.

«Любое приобретение просроченной задолженности — это инвестиция»

Павел Михмель, генеральный директор «Первого коллекторского бюро» (ПКБ), в интервью Сbonds Review рассказывает о том, для чего коллекторам нужно привлекать деньги на облигационном рынке, каких инвесторов заинтересовало первое рыночное размещение ПКБ, о чем свидетельствует объем выставленных на продажу банковских долгов и какие шаги предпринимает ПКБ при взыскании задолженности.

Полет над Россией